двадцать первый

Пока я жил в башне из слоновой кости, все соцсети превратились в чатики. Сегодняшнее на гребне, вчерашнее тускло светится, позавчерашнее утонуло.

Это не плохо, у чатиков свой шарм.

Но концепция ваяния нетленки в принципе меняется. Не только в соцсетях, вообще. Писателей, например, уже давно издают гораздо охотннее, если у них не единичная книжка, а заявка на серию. Сериалы, опять же, заметно потеснившие фильмы. Инстаграм. Вот это всё.

Стабильность переместилась от единицы контента (любимая книга, которую перечитывал пятнадцать раз) к бренду.

Если в двадцатом веке работало собрать важный опыт, сконцентрировать его в сжатую изящную форму, и выдохнуть - то в двадцать первом это уже не работает. В двадцать первом надо выдавать постоянно. А это значит - постоянно поддерживать нужный уровень внутреннего огня.

И это не ворчание, если что. Это восхищение.

Прекрасное и ненасытное здесь-и-сейчас.

Здравствуй, здравствуй. Давно не виделись.